evrika-spb.ru
Горячие Категории
» » Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет

Найди партнёра для секса в своем городе!

Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет

Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет
Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет
Рекомендуем Посмотреть
От: Vill
Категория: Члены
Добавлено: 05.01.2019
Просмотров: 5852
Поделиться:

Анальный Секс В Армии

Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет

Luce A – Люса А  – Сексуальная Индивидуалка С Дырками Для Огромного Члена Порно Звезда

Порно Анал В Кабинете Массажа

Фото Зрелых Баб

Сломанная кость превратилась в вызванное из темной нереальности злобное обличье, когда нечто… неестественное… пыталось проникнуть в материальное измерение. Глаз сияющего мрака взглянул с потусторонней злостью. Когда-то выжженная на лбу Говорящего восьмиконечная звезда воспылала над материализирующимся чудовищем. Она становилась все более растянутой и будто бы живой, пульсируя подобно уродливому сердцу, когда тварь из варпа начала увеличиваться в размерах. Из смертной плоти пробивались похожие на луковицу наросты, увенчанные кусками позвонков.

Его пальцы начали увеличиваться, будто бы их растягивали невидимыми нитками, и из них вырвались длинные, острые и черные когти. Широкая пасть существа в подражании первичной мутации Говорящего начала вытягиваться еще сильнее, пока не превратилась лишенную губ бездну, внутри которой извивался язык с тремя выступами, каждый из которых заканчивался окровавленной костью.

Культисты завопили от страха и обожания, когда труп Говорящего был полностью совращен. Жрецы-свежевальщики поклялись в своей немой преданности, вновь обратив цепные мечи на Саламандр. Вырванное из эфирной дремы существо было первобытным и лишь частично разумным, и его пожирал сильный душевный голод.

Взревев от ярости и муки, оно ринулось к Кадаю, поглотив по пути пару жрецов-свежевальщиков. Тварь заглотнула их подобно некому ужасному василиску, и когда добыча попала в его разбухшую глотку, Астартес услышали явственный хруст костей. Нигилан продал свою душу темным силам, что только подтверждалось его преступными действиями. Вращая огненной глефой с такой скоростью, что она превратилась в пылающую дугу, чемпион роты нанес настолько мощный удар сверху вниз, что он разрубил бы даже воеводу орков.

Демон парировал удар когтями, сжав ими глефу. Саламандра открыл рот в бессловесном вопле, когда существо окончательно его сокрушило. Кадай взревел и бросился на демона, когда обмякшее тело его боевого брата, раздавленное в том месте, где его стиснул язык, рухнуло не землю. Говорящий был мертв, хотя он и не видел, как это произошло, тот лежал с простреленной головой у ног Кадая.

Но он пропустил не только это, пока находился во власти сна-воспоминания. За время, ушедшее на то, чтобы его тело и тренировки одолели вызванную воспоминанием длительную тошноту, Нигилан уже отступал в тени. Перепрыгивая по три ступени за раз при помощи серводвигателей в доспехах, он ворвался в затемненную приемную. Он просто продолжал стоять, казалось, его мускулы были закованными в янтарь. Она отбрасывала во мрак эфемерные вспышки света, освещая устрашающий облик приближавшегося к неподвижному воину Астартес колдуна.

Духовная кара от рук Элизия, пару часов с его хирургеонами-дознавателями — не это ли нам предложили? Если тебе так хочется, переломай мое тело. Орден выследит тебя, отступник, и в следующий раз не дадут шанс на искупление. Его братья сражались на пределе своих сил, сдерживая орду, пока их возлюбленный капитан сражался за свою жизнь. Доспехи ручной работы Кадая были пробиты в десятке мест от нападений демонического существа, облаченного в плоть Говорящего.

Когти, подобные длинным прорезям, в которых виднелась сама ночь, градом ударов сыпались на капитана, но он выдерживал их, проводя ответные атаки громовым молотом. В его устах звучало имя Вулкана, когда из навершия выкованного в кузне молота с треском вырвалась молния и опалила заимствованную плоть демона. Мы бежали и оставались там на протяжении десятилетий…. В прорехах приземистой фигуры демона зашипел ихор, он цеплялся за реальность все слабее, пока Кадай неутомимо разил его кулаком и молотом.

Нам казалось, будто прошли столетия, прежде чем мы нашли выход оттуда. Из раздувшегося горла демонического существа вырвался хор воплей, когда Кадай сокрушил его череп и изгнал обратно в варп, вместе с поглощенными им душами, молившими о помощи. Теперь я вижу многое. И так, без ведома Саламандры, Нигилан посадил семя.

Но суть его была не демонической. Даже сам город бессмысленный. Все это было ради него! Слишком поздно он заметил приблизившуюся сзади тень. Воины Дракона, наконец, захлопнули ловушку. Бросив пост, он позволил им проникнуть мимо стражей Саламандр.

Культисты служили лишь в качестве отвлечения, истинный же враг появился лишь сейчас. Одной лишь силой воли он сломил психическую хватку Нигилана. Хриплый смех следовал за ним весь путь вниз. Выкрикнув предупреждение, он метнулся к капитану. Он почувствовал запах опаленной плоти. В его чувства ворвался раскаленный шип агонии.

Его лицо горело, как во сне…. Внутри аскетичного зала было холодно как в могиле, мрак рассеивался светящимися символами на медицинской аппаратуре вокруг него. Ты исцеляешься, но плоть все еще чрезмерно нежная. Чтобы ослабить боль, апотекарий ввел ему порцию наркотиков через внутривенную капельницу. При ходьбе он прихрамывал — на его ноге была закреплена временная аугметическая шина для заживления перелома, полученного во время падения. Фугис был упрямым до жестокосердия, и ничто не могло помешать ему продолжать свою работу.

Бури прекратились через час после того, как мы вернулись на площадь Аереона. Комната погрузилась в продолжительную наполненную горем тишину, прежде чем апотекарий продолжил. Мы возвращаемся на Прометей, чтобы восстановить силы и зализать раны. Почти половина его ониксово-черной кожи стала практически белой из-за сильного жара от выстрела мельты. Грубое и злое, оно, тем не менее, выглядело почти человеческим. Я пока не могу сказать наверняка, но она не показывает признаков немедленной регенерации.

Фугис прервал размышления Саламандры. Я вернусь через пару часов. Твоему телу нужно время для исцеления, прежде чем ты снова сможешь сражаться. Апотекарий вышел и похромал в какую-то другую часть корабля. Если бы ты не послал меня за отступником, если бы ты был достаточно быстрым, чтобы отреагировать на возникшую опасность, мы бы не потеряли капитана. Воины Дракона пошли на огромный риск, пытаясь добыть устройство, им даже пришлось разжечь настоящее восстание ради отвлечения внимания от своих передвижений.

Смерть Кадая в результате уловки особенно удовлетворяла, это был неожиданный, хотя и приятный сюрприз для Нигилана. Пока рвущиеся толпы самоубийственных культистов обеспечивали им прикрытие, отступники быстро покинули атмосферу Стратоса.

Казалось бы, такой безвредный кусочек загадки, внутри двенадцати пятиугольных поверхностей, вдоль ортодромов эзотерического писания, обволакивавшего его двенадцатигранную поверхность, там был способ раскрыть тайны. В этом и состояла цель дешифрекса — открывать то, что было скрыто. Нигилан столкнулся с этой загадкой в свитках Келока, древних пергаментах, которые он и Ушорак сорок лет назад забрали из могилы Келока на Морибаре.

Тот был технократом и недооцененным гением. Он создал нечто — оружие, намного превосходившее все то, что могла предоставить убогая наука текущего века распада. Нигилан хотел воссоздать его работу. Более тысячи лет внутри Глаза Ужаса он терпеливо вынашивал свою месть, и теперь, наконец, начал получать то, что ему нужно было для уничтожения своих врагов.

Там, на фоне успокоившегося кобальтового моря, виднелся стоявший на якоре корабль цвета расплавленного металла. Это был древний корабль со старыми ранами и еще более старыми призраками. Его нос имел форму зазубренного лезвия, будто бы пробившего в пустоте дыру. По его бортам располагались батареи орудий, чья пушечная бронха была серой и почерневшей от пороха. Десятки башен и антенн тянулись вверх подобно скрюченным пальцам.

Корабль вошел в Глаз Ужаса обычной боевой баржей, но вышел оттуда уже чем-то совершенно иным. Это было судно Нигилана, и на борту колдуна уже ждали его воины — отступники, наемники и перебежчики; пираты, налетчики и грабители. Они собрались здесь, чтобы стать свидетелями его победы и медленного воплощения в жизнь его желания — тотального и полного уничтожения Ноктюрна, а вместе с ним и смерти Саламандр. Настроение солдата, помогавшего тащить через болото взятую на передок лазпушку, было подавленным.

Неторопливое и размеренное бам-бам — пауза — бам-бам в глубоком тылу — в окрестностях штабного бастиона заставляло солдата инстинктивно вздрагивать каждый раз, когда снаряд завывал над головой. Выживание стояло высоко в списке приоритетов солдата, выживание и, конечно же, служба Императору. Его внимание привлек вопль справа от него, хоть и приглушенный гулом дождя. Он повернулся, из его носа текли ручейки, и увидел, что лазпушка провалилась.

Одно из задних колес ее лафета погрузилось в грязь, засасываемое невидимым болотом. Трассирующий огонь хлестнул над головой, полосы магния разрезали темноту.

Они шипели, пронзая пелену дождя. Пригнувшись, он с трудом заковылял на помощь товарищу-канониру. Присоединив свое оружие к обнадеживающему рытью, он толкнул его вниз и попытался запихнуть под колесо. Хотя каждое попадание приносило новый всплеск энергии, расходящейся по щиту, оборона города держалась. Если я фаланга собирается пробить ее — ради славы Императора и праведного желания — тогда им надо добавить огневой мощи. Не очень изысканно, но они были Гвардией — Молотом Императора: Группы солдат фаланги тянули тяжелое оружие и быстро маршировали в боевых порядках по полю боя, изрытому брошенными траншеями, утыканному пучками колючей проволоки, торчащими как дикая трава в некой пустынной прерии.

Понадобится много людей, чтобы снять осаду; еще больше, да еще с артиллерийской поддержкой, чтобы полностью разрушить действующий пустотный щит. У людей фаланги было приблизительно десять тысяч душ, готовых пожертвовать свои жизни ради славы Трона; больших пушек, во всяком случае, снарядов для них, у них не было. Канцелярская ошибка Департаменто Муниторум стоила боевой группе нехватки около пятидесяти тысяч противотанковых снарядов.

Меньше снарядов означало больше пушечного мяса. Немедленно была принята более агрессивная стратегия: Бостоку тоже не повезло. Хотя они с Генком старались изо всех сил, вытаскивая орудие, он заметил, как несколько его товарищей упали от ответного огня мятежников, удобно устроившихся позади своего щита, в своей броне и фраговых огневых позициях.

Готов поспорить, что и сухие при этом, подумал уныло Босток. Его плащ расстегнулся, зацепившись за ручку вертикальной наводки, и он громко выругался, когда ливень промочил его красно-коричневую стандартную униформу.

Когда он застегнул плащ и натянул сильнее шлем с широкими полями, впереди раздался приглушенный крик — расчет тяжелого болтера и половина пехотного отделения исчезли из поля зрения, словно проглоченные землей. Некоторые из старых огневых позиций и траншей оставались пустыми, исключая того, что сейчас они были заполнены грязной водой и жижей и представляли такую же смертельную опасность, что и зыбучие пески.

Босток пробормотал молитву, сотворив знак аквилы. По крайней мере, это был не он и не Генк. Это был сержант Харвер.

Шум был оглушительным, шум и артиллерийский обстрел. Он должен был орать, чтобы его просто услышали. Не то, чтобы Харвер всегда только орал, когда обращался к отделению. Харвер жевал толстую сигару из виноградных листьев, торчащую под черной линией его закрученных усов. Он либо не замечал, либо ему было все равно, что она давно погасла и висела как толстый, мокрый палец из угла его рта.

Вокс-оператор Ропер кивнул, после чего опустил устройство на землю, и стал возиться с настройками. Они на ничейной земле! Ублюдки за пределами щита! Я вижу, вот дерь…. Ропер уже работал над этим. Каналы связи, соединяющие пехотные отделения с артиллерийским командованием и друг с другом, переключались в мешанине помех, криков и странно приглушенной стрельбы.

Голос затих, но связь не нарушилась. Было слышно усилившуюся отдаленную стрельбу и что-то еще. Помехи оборвали связь, и в этот раз Харвер повернулся к солдату Бостоку, который почти сдался, пытаясь высвободить лазпушку. Слишком громко, слишком близко, чтобы быть просто ветром, подумал Босток и вытащил лазган, повернувшись лицом к темноте.

Там были силуэты, дергающиеся как в покадровой съемке с каждым вспышкой пустотного щита — это были его товарищи, находящиеся в пятистах метрах. Что-то белое и трепещущее в порывах невидимого ветра. Дождь лил плотной стеной, не было ни дуновения, и воздух над полем боя застыл неподвижно. Босток видел их лица через прицел винтовки, видел написанный на них ужас. Он осмотрел местность, используя оптический прицел как магнокуляр, но не нашел их. Сначала Босток подумал, что они упали в ров, как замеченные им ранее тяжелый болтер и пехотинцы, но он не видел ни рвов, ни траншей, ни огневых позиций, куда они могли провалиться.

Но их, несомненно, утащили те, кто двигались среди них. Лазпушка крепко и надежно застряла, но используя вертлюжный станок, можно было развернуть ее в боевую позицию. Генк бросился вокруг станка, не уверенный в том, что происходит, но прибегнув к приказам, чтобы взять себя в руки и не поддаться растущему страху. Он дернул фиксирующий палец сильнее чем было нужно, и развернул орудие в сторону белых проблесков и воплей, как того требовал сержант. Генку не нужно было письменное приглашение.

Он прильнул к прицелу, выискивая мелькание, и оттянул спусковой механизм. Красные раскаленные лучи пронзили ночь. Генк открыл подавляющий огонь по переднему сектору, что отдавало страхом и отчаянием. К моменту прекращения стрельбы он весь взмок и не от жара выстрела.

Колокола по-прежнему звонили, хотя было невозможно установить их происхождение. Закрытый щитом город, выглядевший черным пятно на почти темном полотне, был слишком далеко, а резонирующий гул звучал близко и вокруг них. Дисциплина ни от чего не спасала.

Нед замедлил бег, чтобы приноровиться к движению транспорта, и свернул влево к тротуару. Это уменьшало риск быть сбитым машиной. К черту все предчувствия! Сзади неподалеку держалась его машина сопровождения. Приятные ощущения, которые обычно испытывают бегуны, сменились для Неда чувством опасности, исходившей от проносившихся рядом легковушек и грузовиков.

Бегать под боком у машин — дело нервное. Боже, вот оно — предчувствие! Человек сильно ударился об асфальт, дважды перевернулся и глухо, как мешок с цементом, плюхнулся на бордюр. Пешеходы, замерев на мгновение, бросились на помощь пострадавшему.

В нескольких ярдах впереди был оживленный перекресток с Мэрилбоун-роуд. В любую секунду, когда зажжется желтый или зеленый свет, поток машин повернет налево или направо или понесется прямо вперед.

У него заболело горло. Пот струился по лицу. Светофор переключился на желтый. Он почувствовал, как пальцы сжали дверную ручку. Сейчас ему грозила смертельная опасность. Он сильно повернул ручку и рывком открыл дверь. Потом то ли ввалился, то ли упал на сиденье. Дверь осталась широко распахнутой. Он сильно ушиб о тротуар колени и заскрипел зубами, ожидая новых ударов. Еще несколько ярдов — и его ноги превратятся в фарш. Нед заметил, что он наполовину оторвал дверь со стороны водителя.

Но остановило машину не это. Нед выскочил и оказался перед ним. Правая рука Неда сделала молниеносный выпад. Сжатыми в кулак пальцами он ударил глубоко поддых водителю. Тот раскрыл рот, ловя воздух, парализованный от неожиданности. Лицо его стало мертвенно-белым. Нед, шатаясь, поднялся на ноги и, захромав, побрел к упавшему бегуну.

Его окровавленная голова лежала на чьем-то свернутом пиджаке. Двое полицейских бежали ко все увеличивавшейся толпе. Большая канцелярия на Гросвенор-сквер с ее золотым орлом шириной в тридцать пять футов кажется такой же высокой, как и соседние здания. Прохожий видит лишь пять этажей и мансарду, но еще три этажа спускаются глубоко вниз в аллювиальные глины Лондона. В одном из подземных помещений Нед Френч вытерся после непродолжительного душа, втер какой-то антисептический крем в свои ободранные колени и начал торопливо натягивать свежую одежду, которую" он носил на службе.

Едва успев войти в здание, он был буквально схвачен одним из проворных английских парней, работающих посыльными, курьерами или, как в данном случае, служителями. Кеда беспокоило, что американцы составляли меньше половины из восьмисот человек, служащих в этом здании. Почти все остальные были англичанами, прошедшими самую рутинную проверку. Секретная копия направлялась в соответствующий отдел лондонской резидентуры Компании.

Но скорость, с которой решали или запрещали принимать на работу, возвращая бумаги из МИ-5 и Компании, внушала Неду подозрение, что проверка была минимальной. Застегивая рубашку и повязывая галстук, Нед думал о том, насколько было бы безопасней, если бы весь штат посольства состоял из американских граждан, проверенных ФБР.

Что значит сейчас проверка? Не больше, чем это дурацкое предчувствие аварии. Только что ты бежал, в следующее мгновение ты уже кровавая каша, а сбивший тебя мерзавец пытается скрыться. Он пристально вгляделся в отражение своих темно-голубых глаз в зеркале. Проверка подтверждала только то, что разрез глаз обычный, а цвет — ляпис-лазурь. Не темно-синие, а именно цвета ляпис-лазури.

Он очень тщательно завязал галстук. Когда имеешь дело с таким придирой, как Ройс Коннел, надо постараться не задеть его ненароком съехавшим на долю дюйма в сторону галстуком. Нед стремительно поднялся по одной из лестниц.

До офиса Ройса было пять этажей, но герой, который только что задержал пытавшегося скрыться злодея, должен потрудиться и во имя своей родной земли. Он уселся в другое кресло и жестко взглянул на заместителя военного атташе. Френч посмотрел на этого человека, который по возрасту был старше его. Сначала осторожно, а потом, отдавая дань его внешности. Ройс Коннел был до такой степени правильным! Не из-за того, что он был симпатичный сукин сын, чья седина — единственная издержка пятидесяти лет, проведенных им на земле.

И не из-за того, что он, возможно, лучший в госдепе временный поверенный в делах США, чей авторитет неуклонно возрастал в течение тридцати лет. Причина была в том впечатлении, которое он производил: В университете Спраул, что в городе Орландо, получила степень бакалавра искусств и в том же августейшем заведении — степень магистра в области политических наук.

Почему ты не попросишь Карла Фолетта принести тебе ее файл? Это же его сфера, а не моя. Ну да ладно, в любом случае эта линия клана Морганов имела общественный вес, а вот с деньгами — похуже. Я предполагаю, что газета платила Коннел нетерпеливым жестом прервал: Он любил всякие проявления мастерства, а Ройса он считал актером старой школы. Секретарша Коннела вошла с двумя чашечками кофе, поставила их на стол и спросила: Это не доставит вам больших хлопот? Секретарша пошла к отделанному под дерево холодильнику, который вмешал едва ли больше полудюжины бутылок.

Нед смотрел, как она налила два небольших стакана сока и вышла из комнаты. Френч слышал, что дверца холодильника с щелчком закрылась и все же протянул ногу и надавил на дверцу кончиком черного ботинка.

От неловкого движения заболело колено. Если Коннел и подумал что-нибудь об этом, виду он не подал. Он уставился в свой сок и насупился, что, впрочем, совсем не исказило классической красоты его лица. Подозрительные друзья или знакомые? Заместитель руководителя посольства помолчал точно так же, как это недавно сделал Нед, словно просчитывая несколько последующих ходов.

Затем он взял со стола пачку скрепленных листов бумаги и передал ее Неду. Френч медленно перелистывал страницы, потирая саднившие колени. Список не был составлен в алфавитном порядке. Единственное, что руководило Пандорой Фулмер, был свободный полет ассоциаций. Выписав, например, трех кинозвезд, она присоединяла к ним еще восемь.

Вспомнив об известном ученом, она включала в список и пять других. Не был забыт ни один из участников телепрограмм или фильмов, равно как ни одна героиня скандальной любовной истории и известные гомосексуальные пары. Нед понял, что, если даже явится только лишь половина приглашенных, прием этот для фотожурналистов заманчивее любого другого события, хотя бы и стихийного бедствия.

Он взглянул на Коннела. И вновь предчувствие несчастья, упорное, как мигрень, охватило Неда так сильно, что занялся дух. Он попытался взять себя в руки: Незачем долго распространяться о делах внутренней кухни разведки перед тем, кто впоследствии и не признается в том, что знает подробности.

Раз уж Фолетта нет, твой выбор должен пасть на Ларри Рэнда я не считаю лучшим кандидатом. Нед дочитал список, положил его на стол и некоторое время сидел молча. Он не знал, с чего начать. В сущности, разве плохо пригласить известных людей в посольство на такой сугубо американский праздник?

Но кое-что во всей этой истории было напрочь лишено здравого смысла, а потому она казалась весьма неприятной. Недаром паранойя Неда проявлялась сверхурочно. Может, во времена королевы Виктории, когда жизнь была попроще, что-то подобное и сошло бы, но не сейчас. Коннел долго и угрюмо глядел на него. Неужели от тебя ускользнуло, что политические несушки президента вернулись домой на насест?

Это нравится богатым, но не бедным, и не тем бедным, которых создал он. Коннел медленно отпил кофе и продолжал: Вот потому-то ей крайне необходимо подняться во весь рост и показать, на что она способна. От Четвертого июля до выборов всего четыре месяца.

Это самый главный наш праздник, который поможет нам встать во весь рост. Встаньте во весь рост и дайте понять миру, что Америка не боится ничего. В речах послов появятся воодушевление и решительность. Но мало кто примет это всерьез. Наша беда, Нед, в том, что Фулмеры на посту меньше месяца и крайне амбициозны и активны. Во всяком случае, именно такова миссис Фулмер. Прием, задуманный ею, отлично осуществляет директиву президента. А это значит, что меня прикончат, если я попытаюсь отменить его.

Стоит ей только помахать перед моим носом сто третьей директивой или предоставить сделать это президенту. В комнате воцарилась тишина, такая же глубокая, как в старой заброшенной и опасной для жизни шахте. Но даже политик не стал бы действовать так опрометчиво, чтобы установить добрые отношения с публикой. Коннел словно прислушивался к чему-то неуловимому в словах Неда.

Мы найдем ответ, но боюсь, что слишком поздно. Впервые в его голосе пробилось истинное чувство. И кто знает, много ли посольств оказались в таком же положении? Лицо Неда было мрачным. Поглаживая колено, он сказал: На самом деле у нас нет ничего подобного.

А вот у вас, гражданских, все это гораздо круче. На красивом лице Коннела появилась презрительная гримаса. Но я в самом деле боюсь дальнейших событий. Я был совершенно не в курсе дела. Она перехитрила нас, и очень искусно. Мы не можем отменить прием. Иначе мы покажемся дураками. Нам не остается ничего, кроме как обеспечить этот прием надежной охраной.

За этим последовала долгая пауза. Ройс уже знал, что он скажет, но так или иначе надо было произнести это вслух. Ройс, неважно даже, будем ли мы иметь дело с одним из наших противников из КГБ Это настолько заманчивая возможность, что ею нельзя пренебречь. Красивое лицо Ройса Коннела посерело. Он глубоко вздохнул, потом, после паузы, вздохнул еще раз, словно ему не хватало воздуха. Его сильная челюсть выдвинулась, и лицо приняло жесткое выражение.

Оттуда, где сидел Нед, был хорошо виден подбородок человека, с которым, казалось, лучше не связываться. Но, когда Ройс повернул голову, выражение жестокости исчезло — может быть, это была игра света. Почему мы не узнали об этом задолго до того, как она разослала приглашения? Она скрыла это и от Джейн. Нед откинулся в кресле: Он медленно растирал свои разбитые колени. Интересно, много ли знает Ройс об их отношениях. Он не думал о смертельной опасности, таящейся в приеме, подготовленном этой сумасбродной женщиной, но изучал лицо Коннела, пытаясь угадать, известно ли ему об отношениях между ним, Недом Френчем, и Джейн Вейл.

Лаверн, как и всякая жена, могла что-то подозревать, сказал себе Нед, но никто во всем посольстве не мог бы даже предположить, что у них с Джейн Он сделал все, что мог, но последний маневр явно вышел ему боком.

Его сообщение не приняли всерьез. Он не был ни полицейским, ни федеральным агентом, поэтому не мог заставить власти действовать — особенно если речь шла о властях другой страны. Лишь теперь он осознал, насколько глупо выглядела его попытка со стороны. Придется иметь дело с Диогеном самому — там, на твердой земле. Проктор знал, что способен с ним справиться.

Он и так зашел уже слишком далеко. Гандер был самым восточным крупным аэропортом на североамериканском континенте и располагался на самом берегу Атлантики.

Теперь оставалось понять, действительно ли Ньюфаундленд был конечным пунктом назначения Диогена? Или он всего лишь являлся местом пересадки? По большей части, Проктор склонялся к первому варианту. Это было идеальное место, чтобы залечь на дно — на краю земли в окружении обширных и пустынных земель.

Проктор знал, что предпримет, как только окажется на земле. Он сделает то, что умеет лучше всего — начнет выслеживать свою добычу. Это может занять некоторое время, но теперь Диогену некуда бежать, и у него больше не получится застать своего преследователя врасплох. Нет, Проктор знал, что бросит все силы на эту погоню.

Положение Диогена осложнялось еще и тем, что его заложница — человек непростой и очень опасный. Нет, погоня, определенно, не должна занять слишком много времени — вопрос состоял лишь в том, как она будет разворачиваться дальше. Однако отсутствие альтернативных путей отступления, и чартер, изменивший пункт назначения прямо в воздухе — все это указывало на Диогена, если верить тому, что Проктор о нем знал, а знал он немало.

Подобные мысли занимали Проктора, пока самолет снижался над взлетно-посадочной полосой номер три аэропорта Гандера. Из окна он наблюдал, как мрачные серо-зелёные поля уступают место широкой полосе асфальта. Как только шасси коснулись покрытия, раздался пронзительный короткий визг, за которым последовал рев двигателей самолета, работающих в реверсном режиме. Его нигде не было видно.

Но затем он кое-что увидел. Прямо на другом конце асфальтовых дорожек, пересекающих взлетно-посадочную полосу, по которой двигался его самолет, Проктор заметил две небольшие фигурки, вышедшие из ангара и направившиеся к припаркованному джету: На нем запросто можно было пересечь океан, и преследовать его на нынешнем самолете Проктор был не в состоянии.

Первой шла молодая женщина с темными короткими волосами в оливковом пальто. Голова ее была опущена. Сразу позади нее, держа одну руку на ее плече, а другую прижимая к спине, шел мужчина. Он повернулся, посмотрел по сторонам Констанс шла странно, неохотно: Без сомнения, в спину ей упирался ствол пистолета. По телу Проктора пробежала волна адреналина. Он отвернулся от окна. Его самолет все еще находился в процессе торможения — пройдет несколько невыносимо долгих минут, прежде чем откроются аварийные выходы.

Проктор снова повернулся к окну. В последний момент, когда Констанс уже исчезала внутри темного салона самолета, Проктор заметил, что она начала сопротивляться. Он увидел, как Диоген быстрым, молниеносным движением сунул руку в карман своего пальто, извлек оттуда небольшой холщовый мешок, и накинул его на голову Констанс… а дальше они оба исчезли в салоне, за закрывшейся дверью.

Часть времени полета из Тетерборо Проктор использовал, чтобы изучить территорию аэропорта Гандера и сам город. В х годах Международный аэропорт Гандера был важнейшим пунктом дозаправки для рейсов, следовавших до Британских островов и на более дальние расстояния. Однако теперь современные самолеты обладали куда большей дальностью полетов, и эта его роль стала более не актуальна.

В настоящее время аэропорт Гандера часто использовался для аварийной посадки: Но, если не брать в расчет этот случай, аэропорт Гандера был тихим и спокойным местом — разве что иногда здесь проводились военные операции, и через него иногда осуществлялась срочная доставка грузов в Исландию.

Близлежащий город был блеклым, промозглым и унылым: Раздумывая, что делать дальше, Проктор предположил еще кое-что о Гандере: То есть, те самые летчики, которые за достойную плату, скорее всего, согласятся оказать необычную или даже сомнительную услугу.

Проктор взглянул на часы: Диоген взлетел чуть более получаса назад. Последние полчаса он сновал туда-сюда по территории аэропорта и его окрестностей, стараясь осторожно расспросить о пилоте, который мог бы оказать необходимую ему услугу, и, в конце концов, его направили в этот бар.

И снова Диоген оказался на шаг — или два — впереди. Он ожидал, что Проктор проследует за ним до самого Гандера, поэтому озаботился тем, чтобы его ждал свежий, заранее заправленный самолет, на этот раз способный совершить трансатлантический перелет. Или, возможно, он наслаждался погоней: А иначе, зачем еще он позволил Проктору остаться в живых? Безопаснее всего было бы убить его смертельной дозой тиопентала натрия, но, видимо — как решил Проктор — это показалось Диогену не столь занимательным.

И наверняка к настоящему времени Диоген точно знал, что его преследуют. Возможно, в этом его окончательно убедила глупая попытка Проктора передать то сообщение с борта самолета авиадиспетчеру Гандера — теперь он целиком и полностью осознавал абсурдность своего поступка.

Реакция Проктора на похищение Констанс стала катастрофическим провалом. Возможно, худшим провалом в его жизни. Но сейчас он должен был отогнать от себя эти мысли, подавить эмоции и ярость, которые искажали его восприятие, и продолжить действовать с холодным расчетом.

Учитывая, что самолет сейчас находился уже далеко над Атлантическим океаном и до сих пор не отклонился от первоначального курса, Проктор сделал вывод, что Шеннон и является конечным пунктом назначения.

Плюс ко всему те пилоты практически вышвырнули его, угрожая сообщить обо всем властям, если он не расплатится и немедленно не сойдет с самолета.

Проктору требовался другой пилот для продолжения погони — кто-то с более легким отношением к правилам и протоколам, если он все же собирался поймать Диогена. Образ Констанс — то, как она сильно вертела головой из стороны в сторону, в тот момент, когда на нее накидывали холщовый мешок — снова всплыл в его памяти. Он сделал еще глоток пива, отгоняя от себя эту жуткую картину.

В этот момент входная дверь распахнулась, и вошел мужчина. Он был относительно невысоким — около пяти футов и семи дюймов роста — но нес себя с уверенностью человека, который сорвал большой куш. Ему было около сорока, на голове блестела копна черных волос, и он был одет в темную кожаную куртку-бомбер, чуть потертую от долгих лет носки. Тонкий шрам шел от внешнего края его левого глаза до виска. Он поздоровался с барменом и сел за стойку. Проктор внимательно изучил его. Похоже, это тот самый человек, о котором ему говорили.

Как только скотч со льдом возник перед пилотом, Проктор протянул бармену двадцать долларов. Бармен кивнул и ушел, забрав плату. Мужчина в кожаной куртке окинул оценивающим взглядом своего благодетеля. И доставить в Ирландию. Мужчина по фамилии Шейпли удивленно приподнял брови:. Проктор кивнул и сделал глоток. Этот самолет не оборудован для трансатлантических перелетов, — Шейпли хитро улыбнулся. Также в нем была произведена модификация: А есть еще одно изменение, которое непосредственно внесли вы сами: На какое-то время повисло молчание.

Шейпли сделал глоток скотча. Внутри него явно шла борьба между опасением и любопытством, и он, по-видимому, взвешивал и оценивал предложение Проктора. В конце концов, он хмуро уточнил:. У этого человека при себе то, что мне нужно. И я должен отправиться за ним. Если дело в наркотиках, я — пас. Проктор отвел взгляд от своего пива и уже собирался использовать силу своего убеждения, но тут увидел на лице пилота лукавую ухмылку.

Разумеется, при условии, что мы поймаем попутный ветер — то есть, избежим всех встречных ветров до самого побережья Ирландии. Нам понадобится максимально облегчить самолет, чтобы совершить то, что мы задумали, — Шейпли почесал затылок, производя мысленные подсчеты. После этого, он наклонился и взглянул через окно на взлетно-посадочные полосы. Теперь вопрос только в цене. Это на случай, если Ирландия не будет последней остановкой. Тогда это не просто вопрос цены , это вопрос очень высокой цены.

Столько же — за обратный путь, если вылетим прямо сейчас. Но вы это и без меня знаете, не так ли? Простой историей вы бы меня не заманили. Я просто человек, которому нужно нанять самолет. И пилота, который не задавал бы лишних вопросов. И еще десять после того, как мы приземлимся. Проктор заметил, что бармен стоит спиной к ним. Он открыл сумку и извлек оттуда несколько пачек сотенных купюр, тут же вручив их пилоту. Шейпли быстро пролистал их и, не медля, сунул в карман куртки.

Шейпли кивнул и похлопал по карману, в котором лежали деньги. Это рядом с четвертым ангаром. После этого он встал, поднял большой палец вверх, показывая Проктору, что все схвачено, и быстро покинул пустой бар. Шейпли не преувеличивал насчет веса. Все приборы с места второго пилота, были убраны, авионика была упрощена, а в пассажирский отсек были встроены дополнительные баки с АВГАЗом [24].

Стоило ему вывести самолет за пределы аэропорта, как он тут же повернул на восток, и уже через пятнадцать минут увлек его в полет над Атлантикой. Здесь Шейпли предпочел опуститься на критическую высоту и держался низко, всего в нескольких сотнях футов над волнами. Несмотря на подобный риск, он уверено вел самолет и, по-видимому, знал, что делает.

Он, без сомнения, собирался доставить своего пассажира до конечной точки маршрута без приключений — особенно за такие хорошие деньги.

Проктор не мог даже представить себе, что за необычные деловые аферы побудили Шейпли произвести столь интересные модификации самолета. Это был небольшой и относительно старый летательный аппарат, один из ранних турбовентиляторных бизнес-джетов с плотно заставленной и неудобной кабиной пилота. Как только Шейпли пролетел несколько миль над океаном, тем самым миновав локальный радиолокационный диапазон, он увеличил высоту до тридцати трех тысяч футов.

Небо тем временем приобрело цвет индиго, а после и вовсе почернело, когда они влетели в тень, накрывавшую вторую половину земли. Проктор произвел в уме несколько расчетов. Учитывая незначительную разницу в скорости, Проктор рассчитал, что Диоген доберется до аэропорта Шеннона за семь часов полета. Шейпли так и не объяснил, почему они не смогут сесть в Шенноне. Проктор предположил, что это связано с партизанским характером их полета и с необходимостью избежать формальностей.

Впрочем, это не имело значения. Проктор понимал, что Диоген, так или иначе, опережает его, по крайней мере, на два с половиной часа. Он старался не думать о том, что в десятках тысяч футах под ним шумит беспокойная Атлантика, пытался отогнать от себя тот последний образ Констанс, когда Диоген силой затаскивал ее в реактивный самолет. А больше всего он силился не занимать свой разум предположениями о том, что именно Диоген приготовил для нее, поскольку Проктор был целиком и полностью уверен, что бы это ни было, ничего хорошего от этого ждать не приходилось.

На часах было примерно пять утра по местному времени, когда самолет снова коснулся земли. Через несколько минут Проктор высадился на аэродроме Коннашир. Пока Проктор в очередной раз сверялся со своим ноутбуком, Шейпли вышел из самолета и отправился к стоящему в одиночестве зданию FBO, где его встретил оператор — вполне возможно, что единственный на весь аэропорт.

Пилот и оператор заключили друг друга в объятия и, судя по тому, с какой душевностью они это сделали, похоже, они были хорошими друзьями. Через несколько минут Шейпли вернулся в самолет, на губах его играла широкая улыбка. Проктор кивнул на экран своего лэптопа:. Шейпли нахмурился, застыв неподвижно и опираясь на полуоткрытую дверь кабины пилота.

Боже, приятель, это… это же в Западной Африке, так? Две тысячи двести миль. Чертова Африка… Пару раз мне доводилось туда летать, и встретили меня там весьма недружелюбно, так что повторять эти полеты я не горю желанием. Это крошечный аэропорт, расположенный вдали от регулярных коммерческих рейсов. И там явно не привыкли задавать много лишних вопросов, — Проктор вздохнул. Шейпли промолчал, а Проктор полез в сумку и извлек оттуда очередную пачку купюр. Это более чем покроет путь отсюда до Мавритании.

И я дам еще больше, если придется продолжить путь. Шейпли с жадным блеском уставился на деньги. Шестьдесят пять тысяч долларов — как догадывался Проктор — было больше, чем Шейпли мог заработать в год, перевозя любую контрабанду. Дайте мне пару минут, чтобы проверить двигатели и свериться с картами. Через двадцать минут они снова поднялись в воздух и направились на юг, пролетая над нейтральными водами, до этого обогнув западное побережье Ирландии.

На вид он казался энергичным и здоровым человеком. Руки его выглядели довольно массивными. Казалось, что ее опекун вот-вот пожалеет, что впустил этого человека в дом, и начнет раздражаться. Проктор молча налил небольшой стакан и поставил его рядом с локтем посетителя. И спасибо, что согласились принять меня. Я же всего-навсего специальный агент ФБР.

Я живу в небольшом городке на севере штата Массачусетс, который носит название Эксмут. Это тихий приморский город, но через него не проходят туристические маршруты, и посему он не очень хорошо известен даже среди любителей летнего отдыха у моря. Около тридцати лет назад мы с женой приобрели в собственность старый маяк и территорию смотрителя в Уолден-Пойнте, и с тех самых пор я проживаю там.

Это идеальное место для моей работы. Я всегда был человеком, который ценит прекрасное вино — красное, предпочитаю не отвлекаться на белое — поэтому для моей довольно внушительной коллекции идеальным местом стал подвал старого дома, который будучи вырыт в земле с каменными стенами и полом, сохранял температуру в шесть градусов и летом, и зимой. Итак, несколько недель назад я был вынужден на длительный уик-энд уехать в Бостон, а когда вернулся, то обнаружил, что заднее окно разбито.

Из дома ничего не забрали, но когда мы спустились в подвал, то увидели, что он полностью обчищен. Мой винный погреб попросту исчез! Констанс показалось, что она уловила едва слышимую нотку презрительной насмешки в голосе Пендергаста. Теперь у меня есть Леди, которая живет вместе со мной.

Подняв руку, Пендергаст прервал этот поток названий. Недавно я начал коллекционировать замечательные итальянские вина, в основном Брунелло, Амароне и, в особенности, Барло. Он настоящий засранец, если говорить честно. Перевелся к нам из Бостона уже довольно давно Да, он провел все формальные процедуры, но мне ясно, что он не принял это преступление всерьез.

Мне нужен кто-то, кто найдет это вино, прежде чем его перепродадут или, не дай Бог, выпьют. Уильям Смитбек, насколько я помню. Во всяком случае, даже если рассматривать их как правдивые, вы должны понимать, что я акцентирую свое внимание на аномалиях человеческого поведения, а не на похищенных винах.

Простите, но я ничем не могу вам помочь. Мы с женой провели бессчетные часы, собирая эту коллекцию. Каждая бутылка — это воспоминание, история о чудесных годах, которые мы провели с нею вместе. В некотором роде я ощущаю себя так, будто она умерла снова. Я мог бы очень хорошо заплатить вам. Мистер Проктор проводит вас. Спасибо, что выслушали, — его беспокойный взгляд немного смягчился. Полное собрание вина урожая года. Я поместил его в отделенный угол подвала и хранил в подлинном деревянном футляре.

Проклятые идиоты просто упустили его из вида. Я думал, она давно утеряна. Я всегда бдительно слежу за распродажами винных коллекций, в особенности за теми, чьи бывшие владельцы умерли, а их наследники хотят превратить подобные сокровища в наличные деньги. Пока Констанс безотрывно следила за лицом Пендергаста, по нему пробежала тень раздражения — или возможно это была досада? Лейк направился к открытой двери как раз в тот момент, когда Пендергаст поднялся со своего места.

Как я и сказал, можете требовать любую плату, и я с радостью Очевидно, вы не нуждаетесь в средствах. Я должен быть рад, что вообще заручился вашей помощью. Более того, вы сами сможете выбрать свою бутылку прямо из футляра! Я навещу вас в Эксмуте завтра. Я ничего не трогал в подвале, оставил все, как есть. Разумеется, там побывала полиция, но они почти ничего не касались. Разве что, сделали несколько снимков на мобильный телефон — можете в это поверить? Мгновение спустя он покинул комнату, сопровождаемый Проктором.

Констанс повернулась к Пендергасту. Он взглянул на нее серебристыми глазами, сияющими довольством. Моя чаша, как говорится, пуста. Это идеальная возможность для отдыха: Не говоря уже об известном клиенте. Я, например, мог бы насладиться бодрящим осенним воздухом на побережье после событий последнего времени. Она присмотрелась к нему более внимательно. Это было правдой — после испытания, через которое ему пришлось пройти летом, любой отдых пошел бы ему на пользу. Это вино — причина, единственная причина, по которой я взялся за это дело.

Их вино вырабатывалось из винограда с одного виноградника, занимавшего площадь около двух акров и засаженного сортами Каберне Совиньон, Каберне Фран и Мерло. Он располагался на холме близ Фронсака. В подвалах этого замка осталось не более двух десятков бутылок, но ни одна из них не принадлежала к винтажному урожаю года. Полагали, что он полностью исчез. И весьма необычно, что у этого человека имеется вся коллекция. Ты ведь видела, как он не хотел расставаться даже с одной бутылкой?

Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой? Я думаю, что ты вполне готова к подобному отпуску, вдали от нашего привычного окружения. Более того, я даже настаиваю. Тебе нужен отдых, как и мне - и еще я бы ухватился за любую возможность хотя бы ненадолго сбежать от всех этих писем администрации Ботанического сада, а ты?

Октябрьское солнце оставляло на воде яркий блик пока они мчались вперед. На противоположной стороне болота дорога стремительно уходила в темный сосновый бор, а затем снова вырывалась наружу. Там, на изгибе, где болота встречались с океаном, расположился город Эксмут, штат Массачусетс. По мнению Констанс, он выглядел, как и должен был выглядеть любой типичный городок Новой Англии: В воздухе этого городка витал слабый дух некоторой запущенности, который лишь добавлял ему очарования.

Это было типичное приморское поселение с белокаменными домами, чайками, кружившими над головой, неровными кирпичными тротуарами и множеством местных магазинчиков. Пендергаст и Констанс миновали заправочную станцию, несколько старых витрин с зеркальными окнами, столовую, похоронное бюро, кинотеатр, превращенный в книжный магазин, и особняк морского капитана, жившего в конце XVIII века, с огражденной террасой на крыше.

Дорожный знак гласил, что в этом здании располагается Историческое Сообщество и Музей Эксмута. Несколько горожан, прогуливающихся по тротуарам, остановились и уставились на вновь прибывших, пока те проезжали мимо. Констанс удивилась собственному любопытству. Хотя она никогда не признавалась в этом, она знала, что, несмотря на все время, проводимое ею за чтением, она так мало видела в мире, что чувствовала себя Марко Поло на своей родной земле.

Нам следует попробовать то, что, насколько я знаю, является местным деликатесом: Они прошли по тротуару и свернули в переулок, ведущий к набережной. В устье приливных болот показалось столпотворение рыболовных лачуг, стоящих вперемешку с магазинами и ресторанами, а ряд пирсов мирно уходил в бухту.

Вдали, поверх покачивающихся морских растений Констанс разглядела яркую и ровную линию океана. Смогла бы она жить в таком городе? Но, тем не менее, этот городок оказался интересен для посещения.

Рядом с торговым пирсом стояла лачуга, где продавали морепродукты, ее предваряла вывеска ручной работы, на которой были изображены лобстер и моллюск, танцующие неподалеку от веселой компании мидий, играющих на музыкальных инструментах. Заказ подали довольно быстро, и взору вновь прибывших предстали массивные куски лобстера в сливочном соусе, завернутые в промасленную горячую лепешку.

Сок вперемешку с соусом щедро выливался в специальные картонные поддоны. Двухцветная полицейская машина притормозила у соседней стоянки и развернулась. Затем остановилась, и водитель — крупный мужчина с капитанскими полосками на плече — на мгновение взглянув на вновь прибывших, улыбнулся и вновь сконцентрировался на своих делах.

Пендергаст вытащил его из-под щетки стеклоочистителя и прочел. Констанс заметила, что Пендергаст действительно припарковал машину на двух разграниченных местах. Пендергаст сложил талон, спрятал его в карман своего костюма, и они сели в машину. Он запустил двигатель и выехал обратно на главную улицу. Через мгновение они снова мчались через город и оказались на другой его стороне, где магазины уступили место скромным домам с черепичными крышами. Дорога проходила через травянистые луга, окаймленные вековыми дубами, а затем выходила на возвышение с видом на Атлантический океан.

Впереди, у самого утеса Констанс увидела маяк Эксмута — их конечное место назначения. Он был выкрашен в цвет слоновой кости с черным верхом, выделявшимся на фоне голубого неба. Рядом располагалась резиденция смотрителя, строгая, как на картинах Эндрю Уайета [4].

Когда они приблизились, Констанс разглядела также, что лужайку на краю утеса усеивают грубые гранитные скульптуры с полированными, несколько зловещими чертами: Это было поразительное место для скульптурного сада. Когда они вышли из машины, Персиваль Лейк появился в дверях и направился навстречу. Господи, надо отдать вам должное, вы путешествуете весьма стильно! Я предпочитаю нечто более комфортабельное, но моя ассистентка мисс Грин настояла на этой модели.

Они прошли через переднюю в гостиную, откуда открывался потрясающий вид на океан. Старый дом поддерживался в безукоризненном состоянии, морской бриз, разносивший по помещению свежий осенний воздух, слегка раскачивал кружевные занавески.

Они прибыли, чтобы отыскать украденную винную коллекцию. Женщина повернулась к гостям с легкой улыбкой, обнажавшей белые зубы, и тщательно вытерла руки о полотенце. Я так рада, что вы смогли приехать! Перси по-настоящему опустошен из-за случившегося. Эти вина значили для него очень много и даже больше — гораздо больше их фактической ценности.

Констанс заметила, что его серебристые глаза осматривают все вокруг. В задней части кухни располагалась узкая дверь. Лейк отворил ее, щелкнув выключателем.

Как только зажегся свет, перед взглядом вошедших предстало множество ступенек, уходящих вниз, в темноту. Снизу донесся богатый, прохладный запах сырой земли и камня.

Они спустились в похожее на лабиринт помещение с каменными стенами, покрытыми селитрой, и каменным полом. В одной из ниш в стене располагалась печь и водонагреватель, а в другой — целая кладовка с пневматическими инструментами, мешками с песком, защитными костюмами и оборудованием для обработки камня. Они повернули за угол и вошли в самую большую комнату подвала.

Одна стена от пола до потолка была заставлена пустыми деревянными стойками. Кругом были разбросаны желтые свернутые этикетки, кое-где валялись разбитые бутылки, в помещении стоял тяжелый аромат вина. Пендергаст поднял осколок разбитой бутылки и прочел этикетку:. Эти грабители были крайне неосторожны. Пендергаст опустился на колени перед ближайшей стойкой и осмотрел ее с помощью яркого светодиодного фонарика.

Мы частенько туда наведываемся, чтобы пообедать, сходить в филармонию или в музей — подзарядиться, так сказать. Мы выехали в пятницу днем и вернулись в воскресенье вечером.

Нам нужно было проехать через весь город, а Эксмут, как вы сами заметили, нельзя назвать мегаполисом. К тому же всем известно, что мы часто уезжаем в Бостон. Я полагаю, дом был заперт? Оглядываясь назад, я понимаю, что это стало огромным упущением. Но уровень преступности здесь практически нулевой. Я не помню, когда в последний раз в Эксмуте случались кражи со взломом.

Теперь из недр костюма Пендергаста материализовались пробирка и пинцет. С помощью пинцета он ухватил что-то из винного шкафа, после чего поместил свою находку в пробирку.

Как я уже упоминал, это жилище принадлежало смотрителю маяка и было построено в году. Позднее оно несколько раз перестраивалось и обновлялось. Мы с женой купили его и не торопились с капитальным ремонтом. Как скульптор, я могу работать где угодно, но мы сочли, что это место будет идеальным — здесь тихо, рядом не особенно шумная дорога, и от Бостона сравнительно недалеко.

Очаровательное и отдаленное местечко. И местный гранит просто великолепен. На противоположной стороне солончака есть каменоломня. Между прочим, нью-йоркский Музей Естественной Истории частично построен из местного розового гранита.

Я полагаю, вы остановитесь в гостинице? Я обязательно устрою вам просмотр. Вам нужна Сонни, бойкая девчушка, она могла далеко пойти, за самое короткое время она добилась перка AHS -3, уж не знаю как. Обычно у нас работают не менее пяти лет для такого сана. Так вот, теперь её здесь нет, она ушла также неожиданно, как и появилась.

Итак, следующий пункт вашей экспедиции — Нью-Рено , чтобы попасть туда вернитесь в Наварро и идите на взлётно-посадочную полосу. За полученные ценные сведения вы получаете пять к максимуму жизней, а пока отправляйтесь скорее домой — Итак, ваша мечта сбылась — вы в Сан-Франциско, он очень изменился с довоенных времен, теперь здесь вовсю рулят китайцы.

Можно пойти к рингу в центре города — Подземный бункер Хубологистов — Если вы просто стояли в стороне, не сделав ни единого выстрела по рейнджерам, то киньте проверку по обаянию , чтобы продолжить разговор с рабовладельцами, иначе — , если же вы активно помогали охране, то самый главный у рабовладельцев радуется вашей неожиданной помощи. Без тебя нам было их не одолеть. Твой ствол был очень кстати.

Более того, ты мне так нравишься, что у меня есть для тебя новое задание. Тебе нужно сопроводить группу рабов в наше тайное убежище, здесь становится опасно. Если вы хотите пойти с группой рабов в качестве охранника - 23 , иначе глава рабовладельцев всё равно награждает вас он даёт вам Лёгкий Пулемёт Поддержки — Главный вход представляет собой обширное помещение, на полу искусно выгравирован логотип Анклава, по периметру поставлены турели.

Вторжение отсюда почти наверняка захлебнётся кровью, в центре стоит компьютерный терминал, в основном для регистрации прибывающих, хотя из него есть выход в PoseydonNet. Ничего сделать тут нельзя, по-крайней мере вам — Какого чёрта, вы ведь знаете, чем всё закончится — война с Калькулятором будет выиграна людьми, роботы будут истреблены Братством Стали, которое примет на себя основной удар механической армии.

Это измотает ваших извечных соперников и ослабит до критических пределов, что абсолютно развяжет руки Анклаву. Однако, единственный шанс развить успешное наступление — воспользоваться преимуществом внезапности, вы указываете машине местоположение большинства баз Братства Стали, благодаря этому, роботам будет обеспечено феерическое начало войны — вероятно, наибольшие потери противнику будут нанесены именно в дебюте.

Забавно, но пообщавшись с Калькулятором вы узнали, что случилось с боевыми роботами базы Александра, по имеющимся данным их уничтожили буквально несколько минут назад, если принять за точку отсчёта текущий момент… Как это всё необычно, у вас почему-то есть чувство, что именно вы поспособствовали случившемуся своими действиями, хотя причинно-следственные связи проследить вам так и не удалось, можно попробовать выяснить хотя бы кто это сделал: Ха, значит роботов уничтожил Аклав, вот и чудненько, вы послали сигнал отключения защитных систем базы Александра, чтобы облегчить своим коллегам захват станции.

Калькулятор же подсказал и возможный вариант разрешения вашей проблемы — взорвать базу Александра ещё раз. Для этого достаточно будет просто включить ядерный реактор, когда вы вернётесь в своё настоящее время.

Это долгожданное событие произошло лишь через пять часов, которые вы плодотворно провели разрабатывая схемы атак бункеров Братства Стали.

Дальнейшее было лишь делом времени, вы задали запуск реактора на следующее утро, а сами отправились на поверхность. Задание выполнено, вы узнали, что база действительно представляет собой нестабильную, опасную зону и дальнейшее функционирование её невозможно, уничтожение аномалии — единственно приемлемое решение — Вы рассказываете Ллойду о подвале казино Мордино, там можно спрятаться от головорезов Сальваторе, а потом, когда всё утихнет, можно будет выйти из тени.

Он же пока отправится в магазин за едой и последует вашему совету — отправится в казино к Мордино — Если вы умеете убивать людей незаметно, то сейчас самое время воспользоваться этим умением в таком случае вы беспрепятственно можете уйти и ходить по бункеру , иначе вам придётся убить AHS-8 своим оружием, после чего вам предстоит сразиться с охранниками, чтобы пробиться к выходу. Вернуться в бункер вы уже не сможете. Последний противник кидает в вас две плазменные гранаты , киньте две проверки по удаче , если проверки прошли, то вы сумели уклониться от гранат, иначе отнимите 6d6 за каждую гранату, от которой вы не уклонились.

Вы рассказываете Аскорти о чудеснейшем, милейшем, уютнейшем домике в рабочем районе, правда есть одна проблема… там живёт некая старуха. Как я сам не догадался! А об этом не беспокойся, она там уже не живёт. Через некоторое время вы слышите вокруг отдельные смешки, постепенно перерастающие во всеобщий гогот. Вы удивлённо открываете глаза. Кассиди сквозь слёзы говорит вам: Я бы ни за что не выпил эту заразу, если бы не знал в чём дело! Ложка была необыкновенная, она растворяется в чём угодно, что холоднее комнатной температуры.

Давненько я так не смеялся! Да вы чуть не умерли со страха отнимите 15 единиц морали! Вас заинтересовывает молодой дикарь с огромной костью в носу, вы подсаживаетесь поближе и слушаете что он бормочет себе под нос: Да, сестрёнка, конечно, это всё бред.

Этот стол замаскированный рабовладелец? У него обычный цвет! Ладно, а ты что скажешь? Сестрёнка, по-моему ты уже перебрала… не пей больше огненной воды, дедушка, скажи ей. Не хочу я ломать этот стул и стол, кстати, тоже. А ты что скажешь? А платить чем будешь? С тебя золотых, и ты их отдашь, клянусь могилой моей матери! У тебя вообще есть деньги? Тогда ты их заработаешь на моей кухне! Хозяйка заведения бесцеремонно схватила Сулика за шиворот и поволокла его на кухню. Да, это было забавно, к тому же, рабом меньше, рабом больше — На призывном пункте вы подошли к терминалу, чтобы зарегистрироваться.

Компьютер предложил вам заполнить анкету, что вы и сделали. Введите отдел, куда бы вы хотели попасть: Раскладывание пасьянсов, игры в виртуальной реальности. Вы направлены в Отдел Безопасности в звании рядового, с предварительным прохождением курса обращения с оружием. Без права обжалования решения.

Добро пожаловать в армию, сынок. Вам никогда не казалось, что вас игнорируют? Чем я могу вам помочь? Вы представляетесь и интересуетесь, нет ли у отдела каких-либо проблем, которые вы могли бы помочь им решить. Дело в том, что одним из основных видов ручного оружия солдат Анклава является миниган особенно им грешат в службе безопасности из-за побочного психологического эффекта , однако он уже безнадежно устарел! Они никогда не пойдут на использование оружия производства не Анклава, как заведомо ненадёжного.

Мне просто необходимо заработать денег! Если хотите ему помочь, то можете это сделать, если ваш навык интеллекта три или выше — , иначе можете оставить его наедине со своими грустными мыслями — Если вы хотите поразить Льюис своим интеллектом, умножьте свой параметр интеллекта на 5, прибавьте к нему и идите на соответствующий параграф, если же вы решились её заклеить, то умножьте свой параметр обаяния на 4, прибавьте к и идите тоже на соответствующий параграф.

Либо поразмыслив можно пройти мимо неё на склад 25 , если вы уже там бывали, либо на 72 , если нет. Вы рассказываете, что контроль над Реддингом неминуемо получит Нью-Рено, так как всё больше шахтёров подсаживается на джет, причём за поставками стоят Мордино, едва ли не самая влиятельная на данный момент семья. Тогда они не смогут расширить свой бизнес. В кабинет Первого Гражданина — В кабинет Получения Гражданства — Порядки в арсенале Наварро несколько отличаются от заведённых на Главной Базе.

В частности, здесь практически нереально за просто так получить обмундирование, это может занять несколько недель бумажной волокиты, зато за вполне умеренную взятку процесс ускоряется, как Эйнштейну не снилось с его пределом скорости света. Итак, долларов, и любая из предложенных услуг ваша, разумеется, ни один предмет не предназначен для продажи. Рядовые и сержанты здесь не получат вообще ничего, поскольку обмундирование им выдаёт лично капитан.

Любое ваше рукопашное оружие можно покрыть ядом, теперь при любом критическом попадании добавьте к повреждениям свой параметр удачи. Похабные надписи на металлической броне. Заменить обратно на обычный нельзя. Вы можете получить металлическую собаку в напарники.

Не забывайте, что суммарное количество ваших напарников не должно превышать ваш параметр обаяния. Ловко умеет складывать и умножать числа, навык наука равен двум. Если вы станете техническим подполковником, то замените у собаки зубы на стальные. Это увеличит её повреждения на 4, а атаку на один. Рецепт превращения джина в коктейль Молотова. Можете в любой момент превратить бутылку джина в коктейль Молотова , но не наоборот. Если у вас оружие с оптическим прицелом ваши противники всегда атакуют вас по-очереди, даже если в описании параграфа сказано иное.

Техничекие подполковники ходят исключительно в компании роботов. Можете и вы взять себе одного. Если ваш навык науки больше или равен четырём, увеличьте роботу атаку на единицу, а если у вас четыре или больше навык ремонта , то броня у него станет равна Рогостовое покрытие для кожаной брони или куртки.

Верная собака в качестве напарника. Можете взять себе псину, она будет вас охранять и любить. Умеет выслеживать, навык следопыта: Перед боем киньте проверку по навыку следопыт один раз, если она прошла успешно, значит ваш противник попал прямо в вами подстроенную ловушку. Киньте кубик, умножьте то, что на нём выпало на свой параметр удачи и отнимите полученное количество жизней у врага. При использовании его все животные не люди и не роботы в радиусе ста метров в панике убегают прочь.

Считайте, что вы убежали от противника. Получив всё, на что у вас хватило денег, можете уйти — Вы, как вам и советовали, суёте продавцу кулак в лицо и нагло проходите в задние комнаты, наконец, вы находите спуск в подвал.

Там вы видите худого бледного юношу блаженно улыбающегося свету, который проник, когда вы открыли дверь в подвал. На полу беспорядочно валяются всевозможные детали, шестерёнки и прочий мусор. Вы спрашиваете Алгернона какое оружие он может улучшить? Пустынный орёл при критическом попадании дополнительно усиливает силу выстрела в два раза.

На выходе вы слышите, как владелец ворчит: Вы решаете, что собаки и шкаф вам не помеха, поэтому не наказываете эксплуататора — В отделе биоразработок переняли дурацкую привычку медиков не спать ни ночами ни днём, вообще никогда! Сонные лаборанты, зевающие доктора, вялые ассистенты — вот новый стиль работы на Посейдоне.

Потусовавшись слегка вокруг, вы отправляетесь поглазеть на захваченных пленников. Это было целое племя дикарей, которые верили, что они являются потомками жителей одного из Убежищ, тринадцатого, кажется. Бред, разумеется, однако в Анклаве им поверили и захватили для опытов. Вот старуха, с бельмом на глазу, злится… рожи корчит.

Ещё какие-то мужчины и женщины. Скоро они умрут, и никто из них ничего не сможет с этим поделать, поделом. Совсем спятила старая… Вам они уже порядком надоели, помочь сотрудникам этой лаборатории вы не сможете, уж слишком специфичны у них задачи, придётся уйти. Если хотите пойти в отдел пропаганды, то вам сюда — , если хотите переговорить с Президентом, то — 38 , а в Химический Корпус, можно пройти так — Подходите к владелице этого заведения и просите чего-нибудь перекусить.

Мамочка тебя отменно накормит. Яичница из яиц гекко, жареные хвосты гекко, тушёные ноги гекко и… Внимание! Маринованные мозги гекко с молоком брамина в подарок! У вас едва глаза не заслезились от аромата, который исходил от этих блюд.

Думаете, стоит перейти на другое мясо? Я думаю вам абсолютно точно стоит перейти на другое мясо! Спустя два часа вам было доступно уже новое переработанное меню из крыс копчености из крыс, лапки крыс и т. Можете согласиться - , или сославшись на занятость уйти — Здесь есть проход в район шахт — А можно уйти в центр города - При разговоре о Когтях Смерти, вы вспоминаете, что доктор в Наварро давал вам транквилизатор, который моментально вырубает Когтей Смерти.

Джек хлопает себя по лбу, ведь на складе есть пара таких штук! Один он отдаёт вам, а другой оставляет себе. Теперь, когда вы увидите любого Когтя Смерти, то можете не сражаться с ним, а использовать транквилизатор и добить его спящим. Разумеется, вы можете и не использовать в этой операции транквилизатор, оставив его про запас, но учтите он действует только на Когтей Смерти!

Вы докладываете Мерку, что Смита он больше не увидит. Мерк радостно приветствует вас, и прямо таки не знает как ему отблагодарить Вас. В результате он, кажется, придумывает как вам помочь. Ещё теперь, когда Мерк сильно вас уважает, у него есть последнее задание. Принесите ему гаусс винтовку М72 , если вы принесёте ему её, он даст взамен 5 осколочных гранат и обучит хорошо ими кидаться. Перед вами Главный Коридор Базы Анклава.

Здесь несколько дверей, ведущих в: Стратегический расчет состоял в том, чтобы совершить вояж в места не столь отдаленные, но такие, где товар можно было бы продать дороже, чем у нас. Отец расстелил на столе карту Советского Союза, и все четверо согнулись над ней.

Мы выбрали небольшой городок в лесах Белоруссии, где, по чьим-то словам, проживали нефтяники. Не было известно — перерабатывали ли они нефть, добывали ее или всего лишь обслуживали нефтепровод.

Детали нас не интересовали. Главное, что там живут нефтяники, а значит — у них есть деньги. Поэтому мы быстро и легко все им продадим. Выбор сорта винограда не занял много времени.

Тут уж помог отец — он был виноделом. Машины мы загрузили доверху ящиками, заранее вытащив задние сидения. Первую торговую пробу по пути в Белоруссию мы сделали в Киеве. Столица Украинской ССР вяло отреагировала на наш виноград, и мы окончательно утвердились в мыслях, что ехать надо к нефтяникам Едва мы успели выехать из Киева, как начались первые приключения.

Мой отец не очень хорошо видел, вернее, видел он хорошо, но мало на что обращал внимание. Эта особенность папиного организма, наверное, так и осталась бы незамеченной, если бы Мендель Сендерович не заехал заправиться на АЗС. Увидев, что Балтрамович сворачивает, отец тоже решил пополнить запасы топлива. Пока Мендель Сендерович безуспешно пытался расстегнуть на животе ремень безопасности, Шикер выскочил из машины и принялся возиться со шлангом. Мой папа не любил ждать. Он тихо объехал Менделя Сендеровича и стал сдавать задом к свободной колонке.

В тот момент, когда Шикер едва открутил крышку топливного бака, Мендель Сендерович движением руки наконец-то снял с себя жесткий ремень и, подняв голову, обомлел. Покачиваясь, Балтрамович вышел из машины, хватая ртом воздух. Это был удар прямо в сердце. Через заднее стекло я увидел оцепеневшего Балтрамовича, в котором просыпалась ярость. Его лицо налилось кровью. Папа сморщился, а затем с ноткой пробудившейся инициативы, сказал: Если бы на месте моего отца был чужой человек, он давно убил бы его.

Любимую машину Менделя Сендеровича на ровном месте, на заправке так изуродовали! Балтрамович, услышав эти слова, заорал, схватившись за голову: И вскоре, решетка уже не подлежала рихтовке и реконструкции. Потом поднял ее своими огромными ручищами и отбросил в сторону: Балтрамович решил, что над ним издеваются.

Но папа не умел издеваться над людьми. Первые шаги к конфронтации были сделаны. Мендель Сендерович обиделся и теперь при общении с папой стал использовать краткие односложные предложения.

Вскоре мы оставили позади украинскую границу и ехали через леса и болота белорусского Полесья. Папу потянуло на воспоминания. Я дремал, развалившись на сидении, изредка поддакивая отцу и кивая головой. Папа увлеченно вспоминал очередную историю. Взгляд его, проникнув на волнах памяти вглубь времен, потерял связь с окружающим миром, в котором неожиданно обозначился первый светофор. Запоздалый визг тормозов уже ничего не смог изменить.

Раздался глухой удар, и мы вдвоем с отцом едва не вылетели через лобовое стекло. Папа посмотрел на дорогу. Задний бампер стал похож на передний. Я замер, представив, как Мендель сейчас задыхается в своей машине. На этот раз наша машина пострадала больше. У нас погнулось крыло и для ремонта мы свернули с дороги в лес. Я полез в багажник словно подмастерье, выполняющий указания мастера, и достал оттуда моток проволоки. Папа велел один ее конец привязать к вогнутому крылу, а другой к толстому дереву.

Потом он сел за руль и стал немного сдавать назад. Я следил за тем, чтобы папа не торопился, глядя как выпрямляется крыло, и махал ему рукой. Алик Шикер скучал невдалеке, и, скрестив руки на груди, выражал полное безразличие к происходящему.

Все шло по плану, пока не вмешалось непредвиденное обстоятельство: Шикер согнулся в истерическом припадке смеха. Я застыл, как строительный кран, с поднятой в воздухе рукой.

Папа вылез из машины, охая и чертыхаясь. Он посмотрел на крыло, потом на меня и сплюнул: Смертельно обидевшись друг на друга и окончательно перессорившись, мы приехали в город нефтяников и поселились в гостинице. На следующий день все четверо вышли торговать на базар.

Опыта базарной торговли никто из нас не имел. Папа до этого был на рынке всего два раза в своей жизни, да и то в качестве покупателя. Мендель Сендерович и сын никак не походили на тех лихих торгашей, которые умеют правильно обвесить, недосыпать или навешать лапшу на уши. Все мы чувствовали себя не в своей тарелке и напоминали кучку бывших интеллигентов, загнанных голодом и безработицей за базарный прилавок.

Мы простояли час, но к нам не подошел ни один человек. Некоторые еще долго оборачивались. Наконец, подошел один работяга. Он потрогал пальцем наш виноград, наклонился, прищурился, понюхал осенний воздух и деловито произнес: Я редко видел лицо папы в состоянии удивления и подозревал, что в мире нет таких вещей, которые могли бы его довести до этого чувства. Но сейчас был задет его профессионализм и честь всего молдавского виноградарства: На что покупатель рассмеялся: Черного винограда не бывает!

Тут всем нам стало ясно, что мы уже час пытаемся продать черный виноград, которого в природе не бывает. Такой безграмотности местным жителям папа простить не мог.

Он вышел из-за прилавка и начал собирать людей на лекцию. Отец рассказывал про виноград и его сорта, про историю виноделия и изготовление шампанского, про способы употребления вина, не забыв упомянуть молдавские традиции.

Каждый час собиралась небольшая группа и с удовольствием его слушала. Затем народ осторожно покупал по двести-триста граммов винограда, и за три дня у нас раскупили всего процентов двадцать из того, что было. Среди слушателей попадались весьма экзальтированные личности с синдромом повышенной возбудимости. Такие сразу попадали под влияние отцовской проповеди и посреди лекции взрывались бурными возгласами: С нашей точки зрения это могли быть только нефтяники.

Похоже, они сами не знали, что покупают. Эти люди составляли потенциальную категорию лиц, посещающих сеансы Кашпировского и собрания религиозных сект Несмотря на столь примитивный, но все же маркетинг, торговля шла плохо. Скоро виноград начал гнить. Папа заявил, что ничего не должно пропасть, и наша торговая эпопея вступила в фазу изготовления вина.

Мы где-то нашли стеклянные бутыли и занялись виноделием прямо в гостинице. Когда настало время отъезда, мы перенесли закупоренную тару вместе с тумбочками в автомобили. Папа сказал, что в дороге как раз пройдет первый этап брожения. В этот момент старший Балтрамович мечтал только об одном: Мендель Сендерович возвращался немного грустным, и только папа, как ни в чем не бывало, рассказывал о своих прежних приключениях.

Балтрамович расстроился, оттого что остался в проигрыше. Но еврейское счастье не подвело Балтрамовича и в этот раз. Проехав по болотам и грязям белорусских лесов, его машина все равно снаружи выглядела чище, чем внутри. И хотя на этот раз все произошло без прямого участия отца, но Балтрамович был уверен, что он и тут приложил свою руку.

Потому что никакого другого объяснения своим неудачам он найти не мог… Кооператив на дому В институте я познакомился с Милей Франком. Миля оказался очень обаятельным, мягким человеком, который прекрасно умел убеждать людей, чувствовал, как их можно заинтересовать, и был большим фантазером.

Действия Франка отличались стихийным авантюризмом и осторожностью. Он понимал, что не имеет права на ошибку, в отличие, например, от русского, и твердо знал, что еврею в этой стране ошибок не прощают.

Кроме того, не последнюю роль в его душе играл определенный комплекс. В условиях, когда некоторые евреи — типа Иосифа Кобзона — выбились в люди исключение, которое лишь подтверждало правило , все остальные обрекались системой на социальную неудачу.

Эти остальные попросту должны были пробиваться. И едва ли не единственным местом, где можно было это с успехом сделать если не считать торговлю газированной водой и тяжкий труд часовщика , являлась наука. В Миле всегда доминировал дух новаторства. Он сделал ряд изобретений в области инженерии и биологии и получил десятки авторских свидетельств.

Тоскливую серость окружающей реальности он разбавлял своими фантазиями, много работал и постоянно экспериментировал. Я же, со свойственным мне практицизмом, стремился претворить его идеи в жизнь. Вот так мы и сосуществовали, прекрасно дополняя друг друга. В я закончил институт.

После защиты диплома мне предоставили право первым зайти на распределение. И я взял распределение в… колхоз. Так я стал инженером-гидротехником. Приехав, натянул сапоги и пошел в поле ремонтировать свой первый трубопровод. С удовольствием поработал ровно месяц, помесил грязь и повозился в траншее. Через месяц нас, бывших студентов, забрали на воинские сборы, которые полагалось всем пройти после института. Этот свободный месяц перед сборами можно было бы отгулять.

Я же пошел в колхоз. В этом виделась некоторая выгода, так как по советским законам, человек, уезжающий на воинские сборы прямо с работы, продолжает получать заработную плату. Теперь настало время подумать о том, как выстраивать свою дальнейшую жизнь.

Я подал документы и поступил в аспирантуру, где Франк стал моим идейным руководителем. Вместе мы проводили массу интереснейших экспериментов на биотроне в Академии Наук.

Помню, как мы однажды задержались до раннего утра, проводя опыты с фотосинтезом и измеряя дыхание растений. Мы долго рассуждали о том, каким раствором их поливать, чем брызгать и в каких температурных режимах содержать. И вдруг подтвердились все наши теоретические прогнозы, — эксперимент удался. Я носился по коридорам с выкладками результатов эксперимента и размахивал ими перед Франком. Он улыбался, затем брал бумаги, внимательно перепроверял, лез в машину, делал распечатки и пересчитывал цифры.

В тот момент я впервые испытал наслаждение от открытия. Пусть небольшого и совершенного уже кем-то до нас. Для меня это было именно открытие В советское время жизнь среднестатистического гражданина должна была быть выстроена без каких-нибудь крутых неожиданностей. Наука являлась той областью советского общественного уклада, в которой можно было заниматься относительно свободным творческим трудом. К тому же научные сотрудники были достаточно обеспеченными людьми.

Открывшиеся перспективы были предельно ясны. Сперва нужно защитить кандидатскую диссертацию. Это позволяло стать младшим научным сотрудником в научно-исследовательском институте. Потом, при условии хорошего поведения, можно повыситься и до старшего.

Затем, по идее, я должен начать работу над докторской диссертацией, желательно успешно ее защитить и получить докторскую степень. Тогда мне сулила должность начальника отдела или, не дай бог, звание профессора. Короче, в пятьдесят лет я мог спокойно получать свои кровные триста пятьдесят рублей.

Плюс за руководство аспирантами, за приемные комиссии, за преподавательскую деятельность. Ну и квартира с дополнительной жилплощадью… Три года я жил между Кишиневом и Москвой.

В столице обитал мой научный руководитель — рафинированный профессор, который приходил в ужас от моего южного выговора. Однажды я прогуливался с ним по Арбату, о чем-то увлеченно рассказывая. По московским меркам я почти кричал, а жесты моих рук напоминали движения мельничных лопастей. Молчавший до этого профессор, внезапно остановился и шлепнул меня по рукам: Запомни, Нюра, и предупреди наших.

Сам погрелся немного и опять пошел на свое добровольное дежурство. Утром я разыскала в хозяйстве две дощечки, вывела на каждой крупно: Эти знаки Алексей Иванович укрепил в начале и конце заминированного участка 8. Никаких клушинских мемуаристов-добровольцев также не объявилось. Племянница Юрия Гагарина Тамара Дмитриевна Филатова со слов своей бабушки характеризует 2 эти два послеоккупационных года как крайне депрессивные — семья практически уполовинилась; несмотря на то, что в доме Гагариных больше не было чужаков, настроение было гораздо хуже, чем при немцах.

Главным персонажем этой трагедии становится почтальон — который в любой момент может принести похоронку на сына и дочь. Где на самом деле провели Валентин и его сестра Зоя — нет, не погибшие — эти два года? Куда их отвезли немцы? Тамара Дмитриевна упоминает, что Валентин после освобождения успел повоевать полтора месяца — и потом, как раз очень вовремя, пришел призывной возраст, попал в армию и, отслужив положенные три года, вернулся домой в м.

Зоя после освобождения оказалась в Калининграде; некоторое время опасалась возвращаться домой после плена — небезосновательно, однако ей все же хотелось увидеть родных, и она рискнула.

Косвенным образом все это подтверждается и другими источниками — Валентин Гагарин приводит в воспоминаниях полученное им в конце войны письмо: Даже дыхание перехватило от радости. Источник, о котором мы подробно расскажем далее, предполагает, что рано проявившиеся лидерские качества Юрия Гагарина, возможно, связаны с тем, что на протяжении двух-трех лет он, по сути, был старшим мужчиной в семье — когда Валентин был в плену, а отец жил скорее в Гжатске, чем в Клушине 5.

Дело в том, что после изгнания оккупантов Алексея Ивановича, хромого и страдающего язвой, тут же призвали в армию, хотя бы и нестроевым — и он в — годах жил отдельно от семьи. Третьяк получил указание всячески содействовать местным органам власти в решении проблем, связанных с восстановлением города и нормальной жизни в нем. Начинали с расчистки руин, а дальнейшая работа продвигалась медленно из-за отсутствия квалифицированных каменщиков, плотников, электриков, слесарей.

Необходимо было срочно восстановить здание госпиталя — его гитлеровцы взорвали, не успев даже эвакуировать оттуда своих раненых солдат. Постановление давало полномочия военной администрации привлекать сельских жителей для работ на ответственных объектах. Мастер на все руки, плотник, каменщик и слесарь Алексей Иванович Гагарин вновь оказался востребован, на сей раз в городе Гжатске.

Впервые за много лет он покинул семью и дом родной, чтобы употребить свое умение на решение важной государственной задачи. В госпитале работ по плотницкой части оказалось выше крыши. Гагарин трудился усердно, чем заслужил к себе уважение со стороны начальства. По завершении работ на объекте бригаду перебросили на другую стройку. Возможно, Алексея Ивановича оставили при госпитале.

Он попал в военный госпиталь в Гжатск, да так и остался в нем служить нестроевым. Они остались после воинских частей в лесу. Понятно, однако, что то были не вполне формализованные занятия — скорее, по-видимому, кружок крестьянских детей, сложившийся вокруг учительницы начальных классов, Ксении Герасимовны Филипповой. Деревня Клушино, единственная из двух уцелевших после боев изб.

Первый класс занимался одновременно с третьим, второй — с четвертым; вся эта неразбериха и лишения, которые, теоретически, закаляют характеры и сплачивают коллективы, пагубно сказались на жизненном расписании Гагарина, потому что, отходив в эту избу несколько лет, в м он — одиннадцатилетний!

Юра часто пас телят, а я свиней. После немцев повсюду было полно боеприпасов. Ходили мы в Вельковский лес с мальчишками, разряжали потихоньку снаряды. Как-то на плесе решили взорвать… Насыпали полную фуражку пороха… Удивительно, как уцелели! Даже прошлогодний картофель, однако, в какой-то момент кончается. И вот примерно в это время Гагарины принимают важное решение — спасительное, надо сказать, для своих биографов, потому что надо быть извергом, чтобы продержать читателя хотя бы еще одну страницу на диете из куцых цитат.

Алексею Ивановичу и Анне Тимофеевне приходит в голову мысль перебраться из малоперспективного Клушина в Гжатск, и трудно задним числом не аплодировать этому решению: На Ленинградской улице в Гжатске они поставили дом, перевезенный из Клушина. Юра с Бориской ему помогали по-взрослому. Землю копали, раствор месили, песок таскали, глину мяли, кирпичи подавали. Дом в Гжатске был таким же, как и в Клушине: Филатова меж тем указывает вот на что.

Более того, она утверждает, что в гжатскую школу Гагарин поступил вовсе не 1 сентября года, а лишь с начала года — что более-менее подтверждается удивительно непрезентабельным документом из гжатского музее-хранилища. Это вырванный из школьной тетрадки листок без каких-либо следов работы архивистов; женским почерком на нем начертана фраза, похожая на расписку, подтверждающую погашение долговых обязательств: Странно, что не 1 сентября; но узнать, с чем связана эта странная дата зачисления, не у кого.

Так зачем они все-таки переехали? Вряд ли издательство, взявшееся опубликовать их, озолотится на Толкалине, как на Стиге Ларссоне, но было бы полезно дать им ход.

Факт тот, что на сегодняшний день это самые живые из мемуаров, когда-либо написанных о Гагарине; остается лишь пожалеть, что очень быстро, в году, пути Гагарина и Толкалина разошлись; таких приметливых мемуаристов рядом с ним больше не окажется. По сути, это коллекция историй, из которой складывается гагаринский амаркорд: Есть история про то, как Гагарин на спор — не шутки ради, а чтобы обеспечить своим друзьям неприкосновенность со стороны другой подростковой банды — прыгает с очень высокого моста.

Как Гагарин демонстрирует чудеса акробатики и проходит, балансируя, по высоко расположенной перекладине, сорваться с которой означает верную смерть. История про то, как он докучает своими экзерсисами на трубе жителям Гжатска; как в школьном театре играет Балду в постановке по сказке Пушкина.

Про то, как он с друзьями отправляется к бывшим немецким складам боеприпасов за взрывателями — и при взрыве огромной бомбы спасает зазевавшегося рассказчика от верной смерти. Про то, как мальчишки ищут клад — и в ходе раскопок обнаруживают совсем другие сокровища: История про то, как Гагарин с Толкалиным учатся фотографировать — и подглядывают за загорающей раздетой одноклассницей; как катаются на коньках на тросе, привязанном к грузовику; как экспериментируют с паяльной лампой, надеясь построить реактивный двигатель.

Есть — по сути, это вставная микроповесть, жемчужина толкалинской коллекции — невероятно динамичная история о том, как четырнадцатилетний Гагарин с компанией ровесников, также представителей гжатского подросткового истеблишмента, совершает рейд в Москву на выставку трофейного вооружения.

В Москве юные джентльмены попадают в Политехнический музей, потом на выставку трофеев, затем — опять же благодаря ловкости Гагарина — они хватают в троллейбусе вора и сдают его в милицию. Гагарин в один прием выполнил подсечку и свалил карманника.

Приемом самбо стал заворачивать руки вора за спину, сидя у него на спине. Видно, старший брат-фронтовик Валентин научил Юрку драться. Стоявшие рядом мужики опомнились и помогли удержать карманника на полу. Нашлась бельевая веревка и руки вору завязали на спине. Подоспел водитель троллейбуса, а двое мужчин согласились препроводить вора до милиции. Любил эти постановки и Гагарин.

В наших глазах Юра был именно тем Тимуром. Заводилой, честным и отважным товарищем. Увидев, что одноклассников бьют, недолго думая, приемом самбо свалил Валета, а потом взялся за одного из его подельников. Смелый, сильный, ловкий, умный, веселый, рассудительный, благородный, осведомленный; и даже наглый он в каком-то хорошем смысле; наверняка мы позабыли какое-то из его достоинств, но, в любом случае, если прочесть мемуары внимательно, то легко убедиться, что Гагарин им обладает.

Собственно, чтобы разрешить это противоречие, автор этой книги и разыскал — в городе Туле — Л. Нужны были не подробности о Гагарине образца , допустим, года — которых в его книге и так хоть отбавляй, а ответ на вопрос: Гагарин правда был прирожденным лидером — или Толкалин приписал это ему задним числом, имея в виду тот удачный набор обстоятельств, который ему выпал в дальнейшем? Лев Николаевич из технарской интеллигентской среды, и Гагарину, сыну плотника и свинарки, двери туда тоже были открыты — и он этим входом часто пользовался.

Толкалин заведует в Тульском госуниверситете кафедрой радиоэлектроники; он изобретатель-профессионал, лауреат Госпремии, до Горбачева работал в оборонке, делал для космоса радиооборудование. Самое удивительное в толкалинских мемуарах вот что. Решил надо мной подшутить. Ну, я выпил вместо воды спирта немного, закашлялся. То есть он правда обладал ярко выраженными лидерскими качествами. То есть он часто проявлял способность к физическому столкновению с применением холодного оружия. Выражаясь вульгарно, главное ощущение от толкалинского текста вот какое: Гагарин правда был таким, как про него рассказывали, и даже еще круче.

Он сознательно старается избегать речевых клише и приводить живые примеры. Зачем он их написал, эти свои мемуары? Словом, Толкалин явно не из тех, кто сделал воспоминания о знаменитом однокласснике своим бизнесом. Более того, он даже готов издать мемуары бесплатно. Почему бы тогда ему просто не выложить их в Интернет, чтобы все могли прочесть? Украдут и станут приписывать его оригинальные истории себе. Все равно, в Интернете всё крадут.

Лев Николаевич позиционирует себя как литератора-любителя — и, надо сказать, эта скромность настолько же достойная, насколько неуместная: Да, все это сейчас режет слух чрезвычайно — однако не стоит экстраполировать сегодняшние представления о жизни на людей х годов. У них был совсем другой опыт, радикально отличающийся от нынешнего. В году в Гжатске открылось педагогическое училище, которое должно было готовить учителей; и тренировались они как раз на третьем — гагаринском — классе базовой четырехлетки.

Большие, частично застекленные окна, высоченные потолки, паркетные полы. Все это отдавало давней, вековой постройкой. Конечно, пол и потолки изрядно потерты и закопчены. Но в наших глазах это был настоящий дворец! Помещения-то были жилыми и совсем не приспособленными для учебы: Вместо них стояли длинные столы, окрашенные в черный цвет.

Вместо стульев — скамейки. И вот за этими столами сидело по несколько человек. Бывало, вызываешь кого-нибудь к доске, а обходить-то было тесно — и они раз — под стол, пролезали там и выпрыгивали к доске… Как мне помнится, в классах учились порядка 25—30 человек. При всем этом тотальном дефиците тепла, канцпринадлежностей и пространства здесь творились удивительные вещи. В школе было много харизматичных учителей-мужчин, учителя всерьез воспринимали свои обязанности и, странным образом, работали не за зарплату, а за идею; дети хорошо представляли, как выглядит меритократическая иерархическая пирамида в Советском Союзе, и, соответственно, всерьез интересовались учебными предметами и не считали их априори ненужной обязаловкой.

Правда ли, что Гагарин был активнее, чем среднестатистический школьник? На что он был ориентирован — на карьеру, на результат, на отъезд из Гжатска? Какие у него были мотивировки для того, чтобы учиться лучше других?

Просто у каждого был свой статус-кво. Были троечники, которым было все по барабану, были четверочники, а этот все хотел быть лучше других, постоянно.

Собирали урожай в пригородных колхозах: Убирали свеклу, морковь, расстилали лен, а сами были всегда голодными, плохо одетыми, в плохой обуви. Юра — светловолосый, худенький, стройный мальчик, у него было продолговатое личико с серыми зоркими глазами. В школу он обыкновенно ходил в черных брюках, в белой, всегда чистой рубашке и аккуратно выглаженном пионерском галстуке. На голове его была пилотка как у многих мальчиков в то время , а книги он носил в потертой полевой сумке, вероятно, прошедшей трудный путь войны.

Это был его парадный костюм. Надо было кормить большую семью. Вскопать такую площадь было нелегко, да и убрать огород — тоже. Поэтому сажали картошку часто под плуг, плугом и копали. Если хороший плуг достать не удавалось, управлялись сохой. Алексей Иванович брал лошадь у знакомого конюха, что жил на краю города. За лошадью обычно посылали Юрку. В м через Гжатск шли составы с солдатами. А идешь, там — отбирают: Развлечений не было — кинотеатр только, очередь огромная, мест не хватало, огромная очередь в кинотеатр.

Очередь была настолько тесной, что нахалы свободно лезли по головам и просовывали рубли в оконце. Пришел и наш класс. Но нахалов среди нас не было. Поотиравшись, вышли на улицу. Примыкай к нам, сейчас у кого-нибудь отнимем. Юра ничего не ответил, а Шамай зачем-то полез по выбитой снарядами и пулями отвесной церковной стене. Он явно бахвалился своей ловкостью и бесстрашием. Чувствовалось, хулиган не шутит. Видно, ему не впервой лазать по стене. Иногда надо и рисковать. Несмотря на протесты своих, Юрка уже примеривался, нащупывая дыры от вывалившихся от пуль и осколков кирпичей.

Метров шесть они лезли вровень. Шамай громко сопел и ругался матерно, если соскальзывала нога. Ботинки он снять поленился, так как был самоуверен. Наконец Юрка вышел вперед на метр. Метрах на десяти Шамай остановился, и у него сорвалась нога. Но он удержался на руках, ругаясь и ища опору. Начал слезать и Юра. Слезать было куда труднее, чем лезть вверх. Стоящие внизу ребята притихли, глядя на придурков.

Ботинки у Шамая то и дело соскальзывали.

Очень большой член для Напористая блудница доминировала над Засунул две руки в. evrika-spb.ru - the best free porn videos on internet, % free.

Смотреть Онлайн Свежие Русское Порно Зрелые

Долль финишировал за руку с Бьорндаленом и над Зверевым. 9 ч информацию о своей. ЗАмуж вышла в До замужества было больше над своей не с руки:)).

Порно Кончают В Анал Группой

Начинаем острить. Заметьте, не продолжаем, а наконец-то начинаем. Велкам! После анализа. Январское небо над головой полыхало Оба несметных воинства — его и вражеское.

Смотреть Порно Анал Насильно

Я осторожно выношу левую руку с пультом над кабель, который больше доверяют «своим в. Однако одержав победу над И так ко мне свою кривую руку надевала резиновый.

Артроз Сочленений

XVIDEOS.COM

Порно Зрелые Женщины Любят Молодых Мальчиков

27 апреля, 2012

Скачать Порно Мамаша Подставляет Задницу Через Торрент

Полезала Яйца Зрелая

Зрелая И Молодая Лесбихи

Индейка прется в тугую дырочку со зрелым мужиком

Большие Сочные Сиськи

Сперма В Анал Крупный План

Порно Член На Род

Красотка С Очень Большими Сиськами / On Request (2019) Siterip

Порно Секс Оргазм Зрелой Женщины

Горячая Латиночка Машет Красивыми Сиськами

Мамаша любит сосать и шпилиться

Гей Порна Самый Маленький Член

Порно Видео Зрелых Знаменитостей

Дама С Большими Сиськами Принимает Член С Улыбкой На Лице

Порно Фото Зрелых Сисястых Жопастых

Ютуб Порно Члены

Анальный Секс Со Зрелыми Женщинами

Зрелые Женщины Соблазняют Молодых Порно

Хорошая Блондинка В Белом Эротическом Бельё, Сосёт У Парня И Насаживается В Разных Позах На Его Член

lesbi videos - evrika-spb.ru

Зрелая Женщина Просит Парня Поиграть С Её Телом

Порно Молодых И Зрелых Семейное

Получите Уникальную Возможность В Аркадной Порно Игре Играть На Сиськах

Порно Сисастые Любят Огромные Члены

Горячее порно:

Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет
Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет
Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет
Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет

Напишите комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Mezile 04.08.2019
Скачать Порно Мульты Дисней
Ditilar 21.09.2019
Порно Много Бесплатно
Vunris 10.10.2019
Грудь И Писька Большая
Doukora 30.06.2019
Частное Порно Фото На Море
Marisar 08.04.2019
Толстую Учительницу Ебут
Dutilar 07.06.2019
Госпожа Марго
Taugami 11.09.2019
Жесткое Порно С Девочкой
Groran 04.12.2019
Француски Порно Женщина
Mokus 29.06.2019
Любительское Порно С Девствиницами
Своим Большим Резиновым Членом Викки Доминировала Над Лысый Кабелем, Хватая Его Фаллос Рукой Смотрет

evrika-spb.ru